Возвращаясь в Биробиджан
15/10/2009
Ривка Баскин
Источник: jpost.com
Дорожный знак на идише при въезде в российский город Биробиджан, его главная улица, названная именем Шолом-Алейхема, статуя скрипача на крыше перед залом филармонии, рынок под названием «Шалом» и кошерная водка "Еврейское Счастье" - все это является признаками культуры, которая исчезла, но не умерла, и может даже вернуться, под влиянием молодежи, живущей в регионе.
Конференция Лимуд в Биробиджане, прошедшая 10-13 сентября, дала 300 участникам еврейской общины в области шанс объединиться и поговорить на такие разные темы, как политика и современность, традиция и феминизм, библейская история и многое другое.
Конференция совпала с 75-ой годовщиной официального учреждения Сталиным Еврейской Автономной Области, его попытки создания еврейского государства, которое предназначалось для евреев как возможность развивать национальную культуру в социалистических рамках.
Еврейская иммиграция в отдаленную область на границе с Китаем началась в 1928, когда евреи приехали сюда со всего Советского Союза, и других стран мира под лозунгом "Едем в еврейское государство".
По словам Виктории Романовой, историка, который специализируется на евреях Дальнего Востока «учреждение ЕАО, было стратегическим решением для Сталина, который думал, что еврейская колонизация в области могла предотвратить возможность японского вторжения, и дать возможность евреям со всего Советского Союза и мира переехать сюда».
"Мои бабушка и дедушка жили в черте оседлости", объясняет Романова. "Моя бабушка потеряла своих родителей, у нее была очень тяжелая жизнь, и она видела в переезде в Биробиджан шанс на новую жизни".
Для многих Биробиджан, казалось, стал побегом от экономических трудностей и голода, и Романова отметила, что это спасло много евреев от Холокоста, но жизнь в области имела собственные проблемы.
"Многие прибыли сюда, огляделись и уехали", сказала Романова. "Это было трудное для жизни место, они не умели вести сельское хозяйство. Они не знали климата, не знали, как работать на земле, вокруг – болота, комары и мошка".
Несмотря на это, Романова подчеркивает, что на Дальнем Востоке была "хорошая атмосфера" для простых людей. "Не было никакого различия между евреями и русскими. На Дальнем Востоке нет традиции антисемитизма". В 1930-ых, идиш был объявлен официальным языком области, и все государственные учреждения были обязаны публиковать документы на русском и идише.
Тяжелые условия, так же как и две кампании «чисток», организованные Сталиным, а также массовая репатриация в Израиль, оставили сегодня на российском Дальнем Востоке небольшую еврейскую общину, которая в значительной степени ассимилируется с остальной частью населения. Биробиджан является родиной приблизительно 70 000 жителей, где-нибудь от 1% до 5 % из них евреи. В Хабаровске, большом городе приблизительно в 240 км, проживают несколько тысяч евреев.
И тут появляется Лимуд.
Созданный пять лет назад, проект Лимуд уже организовал конференции в пяти странах, на трех континентах. Конференции основаны на формуле, которая оказалась успешной во всем мире. Главные принципы Лимуда – волонтерство и плюрализм, а лекции и семинары ведут специалисты и эксперты, которые позволяют каждому участнику найти что-то новое.
Как сказал основатель Лимуда СНГ Хаим Чеслер на церемонии открытия Конференции Лимуд Дальний Восток в Биробиджане: "Мы не говорим вам, что испытать, мы даем вам платформу, чтобы создать ваш собственный опыт". Позже он добавил, что Лимуд иллюстрирует "власть людей, где они управляют своей собственной судьбой".
На Конференции собрались участники самых разных возрастов: от маленьких детей до пожилых людей, студенты составляли наибольший процент контингента, и все были полны невероятной энергии и энтузиазма - изучить, преподавать и испытать.
Чеслер мечтал организовать Конференцию в Биробиджан, начиная с первого Лимуда СНГ в Москве. Его энтузиазм и страсть восполняют нехватку русского языка, и вместе с группой преданных молодых добровольцев из Москвы, он приехал в Дальний Восток, чтобы показать, что в Биробиджане есть, и может быть, больше потенциала к воссозданию еврейской жизни.
Даже в условиях развитого транспортного сообщения, в Биробиджане все еще осталось то самое чувство отдаленности, которое удержало первых поселенцев. Москва находится почти в 6 400 км — это семь часовых поясов. Это - или недельная поездка на поеде по Транссибирской магистрали, или восьми с половиной- часовой полет в Хабаровск, плюс трехчасовая поездка на машине или поезде через сельскую местность, березовые рощи и бывшие еврейские колхозы.
Не удивительно, что большинство молодых людей говорят, что они чувствуют себя разобщенными с остальной частью их страны. Однако они все еще чувствуют сильную связь с мировым еврейским сообществом и еврейской культурой. На церемониях открытия Лимуда они пели вместе - от мелодий израильских фаворитов Евровидения 70-ых до еврейской классики и «Гешер Цар Меод». Они объединялись для встречи Субботы и Авдавлы, произнося еврейские молитвы, транслитерированные кириллицей.
Очевидно, что для многих из них иудаизм - важная часть их идентичности.
Валентина Немировская - координатор программы Конференции Лимуд Дальний Восток в Биробиджане, она работает программным директором Гилеля в Хабаровске, который, по ее словам, является самой большой студенческой организацией на российском Дальнем Востоке. Валя полагает, что Лимуд очень важен для дальневосточной еврейской общины.
Она видит Лимуд как путь для людей, молодых и пожилых, который позволяет искать и определить их сходство. Она сказала, что молодые люди являются наиболее вовлеченными и активными в еврейской общине, и она полагает, что это может привести к изменениям в еврейской жизни.
Валя родилась в традиционной еврейской семье, и знала всю жизнь, что она - еврейка, что и «делало ее меньшинством».
Молодой репортер биробиджанского радио иллюстрировал другой конец спектра, говоря, "я - еврей по происхождению, но у меня нет времени на эту жизнь".
Он рассказал, что его бабушка и дедушка приехали с Украины и Польши в рамках кампании Сталина, в 1934 году. Его подруга Вика, нееврейская студентка, сказала, что, когда ее бабушка и дедушка прибыли в Биробиджан из Хабаровска, еврейское влияние было очень значительным.
"В первый раз, когда они прибыли сюда, здесь были только евреи", сказала она. "Мои бабушка с дедушкой говорили на русском языке и их мало кто понимал"
Влияние идиша с тех пор значительно уменьшилось. "Сегодня почти не услышишь идиша", сказала она. «В одном из университетов города есть известная программа еврейских исследований, язык можно увидеть на вывесках по всему городу. Однако в повседневной жизни его услышишь редко».
Вика сказала, что еврейская община имеет "большое влияние" на город. "Мы живем повседневной жизнью, и говорим на русском языке, но есть много мест, связанных с евреями". Однако, что нет "никакой напряженности" между евреями и не евреями.
25-летняя Алиса Зильберштейн из Хабаровска, была одним из организаторов Лимуда. Она описывает себя, как одну из немногих соблюдающих традиции евреек в городе. Она соблюдает кашрут, носит юбки, которые покрывают ее колени, и рубашки, которые покрывают ее локти. Она проходит большое расстояние до синагоги в Шабат, вместо того, чтобы ехать на автобусе.
Как большинство молодых людей в области, она изучила китайский язык в университете, и жила в течение трех лет в соседнем Харбине. "Я уехала из Китая, потому что там нет еврейской общины", сказала Алиса. "Можно увидеть ее остатки в Харбине, но там ее больше не существует”.
Вернувшись из Китая, Алиса стала активно участвовать в жизни общины в Хабаровске. У нее есть еврейский друг. "Мой друг носит кипу, но это опасно", сказала она, говоря об антисемитских инцидентах, которые произошли в Хабаровске - городская синагога подверглась нападению с «коктейлями Молотова» через день после начала Конференции Лимуд. Но, она добавляет, "лучше быть евреем здесь, чем в другом месте”.
Как и другие участники общины, Алиса не планирует репатриироваться в Израиль. Многие уехали из края в течение 1990-ых, и многие из тех, кто остался в России, теперь имеют семью в Израиле. Есть многие, как Немировская, кто даже жил в Израиле несколько лет, прежде чем вернуться домой, на Дальний Восток.
"Не обязательно уезжать в Израиль, чтобы оставаться евреем", сказал Немировская. "В Биробиджане и Хабаровске, есть много людей, которые вернулись из Израиля, потому что, не смогли обустроиться. Там трудно найти хорошую работу, выучить иврит. Мне нравится Израиль, это - Святая земля, но это не дом", объяснила Немировская.
20-летний Павел, и 19-летний Юрий - студенты из Биробиджана, которые участвовали в Конференции. Они гордятся тем, что они и евреи, и русские, но отличаются, объясняя, что является главной частью их идентичности. Юрий называет себя "российским евреем", в то время как Павел описывает себя как "еврейский русский". Он надеется служить в российских военно-воздушных силах.
Ясно, что иудаизм важен и для Павла и для Юрия, но они более обеспокоены окончанием их учебы, и затем — поиском работы. Они, как многие другие молодые люди ожидают, что им придется уехать с Дальнего Востока, чтобы найти рабочие места. Это может причинить существенные препятствия к росту еврейской общины в области.
Тем временем, будущее еврейской жизни в области кажется обнадеживающим. В Биробиджане есть синагога и общинный центр для проведения культурных и общественных мероприятий, с классными комнатами воскресной школы, библиотекой и музеем. Работает еврейская школа. Есть представители Хабада и в Биробиджане, и в Хабаровске, а также эмиссар Еврейского Агентства в Хабаровске.
Он знает лучше других проблемы, стоящие перед областью, но он также видит, что ситуация улучшается. Он говорит, что в общине недавно была кошерная еврейская свадьба, с раввином и хупой, впервые за несколько лет.
Еврейская община российского Дальнего Востока обладает уникальной историей и неоспоримым упорством. С такими инициативами, как Лимуд, усилиями и страстью его молодежи, это край, хотя и никогда не станет еврейской родиной, но у этой общины есть будущее.
Как сказал Чеслер, оглядываясь на Конференцию: "Это было потрясающим успехом. Быть в одной из самых отдаленных областей России, и встретить здесь такой уровень участия, энтузиазма, увидеть жажду к еврейским знаниями и связям на российском Дальнем Востоке... Они - молодые евреи, которые вырвались вперед, и они получили навыки и завоевали доверие, чтобы стать строителями еврейской общины и продвигать ее дальше”.
"Одна молодая женщина сказала мне, какой привилегией для нее было участие в Лимуде, и как она использует этот опыт в будущем для того, чтобы углублять свою причастность к построению и поддержке еврейской общины. У нее были слезы на глазах. Чего же большего нам желать?"